Власть

Между строк: как очистить от мусора сводки с фронта

Классическая примета войны: за валом информации и дезинформации уже совершенно невозможно понять, что же делается на фронте, кому принадлежит стратегическая инициатива или, если формулировать вопрос более прямо, кто кого на данный момент побеждает?

01 февраля 2015, 11:15

Между строк: как очистить от мусора сводки с фронта

Конечно, массовая ложь при любых боевых действиях является чем-то органичным, можно даже вспомнить о том, как Совинформбюро сообщало об «освобождении» каких-то населенных пунктов, которые - как нетрудно было убедиться советским гражданам - еще недавно находились в глубоком тылу.

Думаю, не мне одному звонят в последние дни с вопросами: не знаю ли я, что в Углегорске? Не сдали ли Дебальцево? Как я отношусь к заявлениям Захарченко о наступлении на всем фронте? Честно говоря, у меня нет ответа на все вопросы, так как и украинская официальная сторона информирует о событиях на фронте совершенно неудовлетворительно, а уж Захарченко, Пушилин и тому подобные персонажи с языком без костей на то и созданы, чтобы нести всякую чушь, которую вряд ли стоит серьезно принимать во внимание.

Но все же я точно знаю, что механизм цензурирования информации достаточно формален, чтобы, имея о нем понятие, хотя бы немного создать представление о том, кто кого побеждает на данный момент. Скажу сразу: этот метод более подходит для российских изданий с централизованным «государственническим» подбором новостей. В Украине, где у каждого владельца медиа есть не то, что свой взгляд на конфликт, но и зачастую свой любимый полевой командир (иногда даже с той стороны фронта), нужно делать поправки на то, что наша подача информации может быть направлена не столько на подавление врага, сколько на деморализацию аудитории, например, конкурирующего телеканала.

Однако все же универсальные постулаты убить невозможно. Например, если в сводках новостей картина битв передается широкими мазками, с картами отвоеванных территорий и с огромными красными стрелками ударов «наших», которые перерезают черные коммуникации «ихних» - однозначно, что дела у этой стороны идут превосходно. Когда фортуна поворачивается другой стороной, все меняется диаметрально: место марширующих армий занимает какой-то солдат-герой, тот же универсальный Василий Теркин, сбивающий «юнкерсы» из трехлинейки, вытащенный в ходе крупнейших отступлений Красной армии из исторического нафталина (лубочный персонаж Теркин поднимал боевой дух русских войск еще и в японскую, и в первую мировую войны). Тут же пригодился и образ летчика Гастелло, и высосанный абсолютно из пальца «подвиг панфиловцев». Стоит сказать, что и с другой стороны ситуация обстояла точно таким же образом: чем меньше надежд подавал вермахт, тем больше пропаганда уверяла население в существовании «вундерваффе», а когда и с «вундерваффе» стало туго, в агитационной работе рейха было поручено «спасать» четырнадцатилетним гитлерюгендам с фаустпатронами.

Еще один косвенный признак успеха/неуспеха на фронтах - заведомый поиск ответственного. Тут тоже не обходится без «вундервафель». В конфликте на востоке наметилась четкая закономерность. Если официальные лица (с обеих сторон) «обнаруживают» у противника новейшее оружие, как пить дать - их дела плохи. Если ситуация меняется на противоположную, то принято высмеивать вооружение противника: ржавое, устаревшее, советское, самодельное, аварийное и т.п. Иногда легенду об оружии можно заменить какими-то экзотическими и одновременно отвратительными наемниками. Нетрудно заметить, что если одна сторона будет говорить о «легионах НАТО», то другая сразу же расскажет об «отрядах Кадырова» - они тоже, как правило, проскакивают в информсообщениях в зависимости от военной обстановки.

Ну, и с мирными предложениями у нас выходит та сторона, дела которой на сегодня плохи. Говорят, правда, что мирные предложения - это тактическая уловка, чтобы оттянуть время, но наступающей стороне, заметим, нет совершенно никакого смысла оттягивать его что бы то ни было. Нетрудно заметить, что в риторике того же Захарченко приступы миротворчества постоянно чередуются с требованием «войны до победного конца» или хотя бы до административных границ Донецкой области. Причем воинственность у него явно коррелируется с очередными визитами в регион путинских конвоев, подбрасывающих его войскам очередные боеприпасы. А если о мире подписывается еще и документ, значит ситуация совсем плоха (как у нас с Минскими договоренностями).

Есть еще несколько способов очистки информационного поля от наслоения дезинформации, но они не столь надежны, как вышеописанные, которые практически не подвержены изменениям, потому что пропаганда изначально должна быть настроена на массового потребителя, а уж его интеллект меряется по IQ самого тупого представителя коллектива - ну, приблизительно, как передвижение армии определяется по последнему солдату.

Не удивительно, что все демагоги ХХ века апеллировали именно к самому тупому своему последователю, а что такое пропаганда, как не массовая и оголтелая демагогия? Слишком умная она не может быть в принципе, а вот в форме безумного бреда Захарченко - вполне. По сути своей, единственное, что можно противопоставить ей, - это честность в признании своих как военных успехов, так и неудач. Увы, в последнее время наши военачальники от Муженко до Бирюкова наговорили столько всего, что о доверии к министерским работникам говорить не приходится. А ведь те же англичане в боевых сводках не стеснялись описывать свои поражения и даже в чем-то добавляли «чернухи» в сравнении с немецкими данными. И добились того, что общество поверило власти. Почему бы такое не сделать и нам, вместо того, чтобы вспоминать забытое искусство чтения между строк?

Loading...
Loading...